Подготовка к восстанию 983 года.

В летописях восстание 983 года начинается с 29 июня, когда гаволяне подняли оружие против немецкой власти. Но ни одно великое восстание не рождается в один день. Ему предшествуют годы боли, унижения и медленно созревающей решимости.

После поражения Оттона II в Южной Италии Германская империя пошатнулась. Вскоре император умер, оставив престол малолетнему Оттону III. Государством правила его мать — византийская принцесса Феофано.

Пока при дворе боролись за власть, на славянской границе готовились к другому. Феофано укрепила восточные марки людьми, прославившимися жестокостью. Их задачей было удержать Полабье страхом и мечом. Усилились поборы, множились гарнизоны, расширялись церковные владения, а вместе с ними всё глубже проникала власть империи.

Но чем сильнее становился нажим, тем крепче становилась воля к сопротивлению.

Князь бодричей Мстивой, принявший крещение и сблизившийся с саксонским духовенством, уже видел, к чему ведёт этот путь. Последнее сомнение исчезло после разговора со старшим сыном Мечиславом. Тот без страха укорил отца за измену обычаям предков, за брак с немкой и за дочь, отданную в монастырь. Слова сына оказались сильнее любого оружия. Мстивой признал свою ошибку и решил вернуть долг собственной земле.

Открыто бросить вызов империи было ещё невозможно. Тогда князь выбрал путь, которого от него никто не ожидал.

Во время пребывания старгардского епископа Вагона в Мекленбурге Мстивой попросил передать ему право собирать «бископовницу» — церковную десятину славян. Взамен он уступал епископу лучшие княжеские владения. Вагон увидел в этом выгодную сделку. Чем больше земель — тем прочнее власть епископства.

Едва владения перешли к епископу, как Мстивой и Мечислав начали методично лишать их всякого дохода. Горели деревни, угоняли рабочий скот, пустели пашни. Людей запугивали и вынуждали покидать церковные земли. На каждую жалобу епископа князь спокойно отвечал, что это дело рук ранов или велетов. Пока Вагон искал виновных, его владения пустели. Вместе с доходами рушилась и власть епископства. Содержать церкви и духовенство становилось уже нечем.

Когда дело было завершено, Мстивой разорвал последнюю связь с прежней жизнью. Он изгнал свою жену — сестру старгардского епископа. Народный князь снова стал рядом со своим народом.

Так ковалось восстание.

Год за годом росла ненависть к поборам, к насилию маркграфов, к чужим законам и к новой вере, которую приносили вслед за мечом. Оставалось дождаться мгновения, когда империя ослабит хватку.

Оно наступило летом 983 года.

29 июня первыми поднялись гаволяне. Они уничтожили немецкую военную колонию в Гавельберге. Следом пал собор. Затем был разрушен собор в Браниборе. Духовенство бежало или погибло. Вместе с ним рушились знаки чужой власти. На освобождённой земле вновь открывались древние святилища, а народ возвращался к вере предков.

Пламя быстро покатилось по всему Полабью.

Поднялись бодричи, лютичи и другие славянские народы. Перестали платить дань. Разрушали церкви. Изгоняли немецкие гарнизоны. Уничтожали епископские владения. Полабье возвращало себе собственные законы.

Бодричи нанесли удар по Гамбургу. Это был не просто богатый город. Здесь находился главный церковный центр германского наступления на славянские земли. Отсюда направляли миссионеров, назначали епископов, управляли христианизацией Полабья. Гамбург уже не раз становился целью славянских походов и переживал разорения. В 983 году он вновь был взят, разграблен и предан огню.

Восстание, начавшееся на берегах Гаволы, превратилось в борьбу всего Полабья.

Оно отбросило германское продвижение на восток почти на два столетия. Лишь спустя более века германские князья смогли вновь приступить к масштабной колонизации полабских земель, вошедшей в историю как Остзидлунг.

Авторский анализ исторических и археологических материалов.