Яровид против Рима. Первая битва Цезаря за славянские земли.

Центральная Европа задолго до Христа была уже обжитой древней землёй, на которой жили многочисленные славянские народы. От Дуная до Лабы, от Карпат до Рейна тянулись их селения и городища, нивы и веси древние пути, связывавшие род с родом, племя с племенем. Это была не безлюдная окраина, куда лишь много веков спустя пришли народы Средневековья, а старинная страна, издавна принадлежащая единородным племенам, жившим здесь задолго до возникновения средневековых государств и народов, пришедших в процессе колонизации на их земли. Встреча c этой древней страной ожидала Рим, когда его власть начала продвигаться за пределы Италии к северу.

Продвижение римской власти на север началось в 121 году до нашей эры с покорения южной Галлии и создания провинции Нарбонской. С походами Цезаря начиная с 58 года до н. э. началось дальнейшее движение в этом направлении, и, дойдя до Рейна (Рени), он столкнулся
с множеством сродных друг другу народов. В своих «Записках о Галльской войне» Цезарь дал им общие имена: страну по эту сторону Рейна (Рени) назвал Галлией, а за Рейном (Ренью) обозначил Германию, населявшие же эти пространства народы — галлами и германами. Эти названия сохранились до современности, скрыв за общими именами первоначальные имена множества народов и их древнюю географию.

Когда Цезарь подошёл к Рейну (Рени), перед ним оказался мир многих родственных племён связанных не только общей верой или военным союзом, но и соединённых древними общими корнями. Одним из его вождей был Яровид — воевода славянского народа, которого римляне записали как rex Ariovistus. Его войско стало первым большим войском того мира, с которым Цезарь столкнулся лицом к лицу. В рассказе римского императора сохранились не только ход войны и исход сражения, но и удивительно подробные черты самого войска — его строй, соединение конницы и пехоты, устройство походного стана, роль семей и женщин, порядок боя и военное искусство.

Яровида позвали на помощь против римлян народы Галлии, не желавшие власти Рима в своих землях. Собрав многие рода под своим знаменем, он перешёл Рейн (Рень) и вступил в земли галлов. Здесь он не ограничился военным походом: закрепился на завоёванной земле, поселил здесь свой народ, а за Рейном (Ренью) тем временем собирались новые силы, готовые последовать за ним. Цезарь потребовал остановить этот приток и вернуть заложников. Отказавшись, Яровид заявил, что имеет такое же право на эту землю, какое римляне имеют на свою Галлию. Переговоры закончились разрывом, и римское войско двинулось против него. В жестоком сражении войско Яровида было разбито и отступило к Рейну (Рени).

На сегодняшний день дневник Цезаря и труды других римских писателей представляют собой бесценный архив, где можно узнать о славянском войске, его строе и ведении боя, по подробному описанию войска Яровида: конница действовала вместе с пешими воинами; на шесть тысяч всадников приходилось такое же число пеших, причём эти воины служили друг другу взаимной защитой. Конные опирались
на пехоту, при опасности сближались с ней, а пешие тотчас окружали раненого или упавшего с лошади; при быстром наступлении или отступлении они хватались за гривы коней и бежали рядом, не отставая от всадников. Пехота могла оставаться в укреплённом стане, тогда как конница ежедневно выходила в набег, а в сражении оба рода войска вновь соединялись и действовали вместе. В таком устройстве — тесном соединении конного и пешего воина, взаимном прикрытии и
стремительном движении рядом с конницей — можно увидеть черты той военной традиции, которая позднее особенно долго держалась у казаков, где конный и пеший боец также составляли единую боевую силу.

Военная организация этой рати отличалась продуманностью и глубоким знанием военного дела. Рядом с основной силой Яровида действовали многочисленные лёгкие воины, способные быстро соединяться с конницей и вступать в бой там, где требовалась стремительность. Когда римляне начали возводить новый лагерь, он послал против них всю конницу и шестнадцать тысяч лёгких воинов, чтобы не дать
римлянам завершить укрепления.

Перед самой битвой Цезарь увидел ещё одну особенность этого войска. Яровид вывел своих людей из укреплённого стана и поставил каждый род на своё место в общем строю. За боевыми рядами тянулись повозки, окружая войско со всех сторон и оставляя позади лишь тесное пространство, где находились женщины, за спиной каждого бойца оставались его родные, а впереди стоял враг.

Женщины славянского войска были так же частью самой рати. За повозками, среди семей, они следили за ходом сражения и вместе с воинами переживали его тяжёлый час. Когда строй дрогнувших обращался назад, женщины выходили навстречу бегущим и становились перед ними грудью, не давая отступить, взывали к мужеству и напоминали о плене, который мог постичь их самих и их семьи. В течение боя они оставались при войске и принимали раненых: к матерям и жёнам воины несли свои кровоточащие раны, а те без страха осматривали их, считали раны и даже высасывали кровь. Они приносили воинам пищу и утешение. За женщинами оставалось и слово о начале сражения: по жребию и гаданиям они определяли, наступил ли подходящий момент для боя и следует ли войску вступать в сражение. Им приписывали святость и дар предвидения, поэтому к их словам прислушивались и не пренебрегали их советами.

Авторская реконструкция по историческим, археологическим и письменным источникам.